Хломов К. (2018) Выбор жизненной траектории

Как подростки выбирают свое будущее с точки зрения психологии

Под жизненной траекторией в психологии понимается прохождение последовательности социально заданных событий и ролей в разных сферах жизни человека (семья, карьера, образование, общественная жизнь) и соотношение этих продвижений [Giele, Elder 1998].

Одно из направлений современной психологии фокусируется на исследовании факторов, которые влияют на выстраивание жизненного пути. Такими факторами могут быть особенности развития когнитивных функций, социализации, социальный ландшафт, диспозиции и ценности (например, представления о свободе выбора и ответственности, понимание смысла жизни и религиозные убеждения).

Балтес, Линдербергер и Стандингер выделяли следующие группы факторов, влияющих на траектории развития:

— характерные для возраста (age-graded), например поступление в школу, пубертат;

— определяемые исторической ситуацией в социальном пространстве (history-graded), например время Второй мировой войны, изобретение телевизора;

— ненормативные (non-normative) факторы — события, которые могут произойти в любом возрасте с отдельными людьми, например чрезвычайные происшествия, эмиграция и так далее [Baltes, Linderberger, Standinger, 1998].

Конструирование жизненной траектории начинается с юного возраста. По мере взросления человек выбирает, каким занятиям отдавать свое свободное время, какие секции посещать, учиться ли до 11-го класса, что делать после выпускного: поступать в вуз, идти в армию или искать работу… Последовательность решений влияет на дальнейшую траекторию человека. Например, ненормативные события — значимая утрата или совершение правонарушения примерно в 13 лет — способны кардинально изменить социальные условия взросления и отношение подростка к себе и будут определять его дальнейшие жизненные выборы.

Исследования жизненной траектории

В европейских странах выбор жизненной траектории стали активно изучать с середины 1970-х, в том числе в связи с ростом уровня молодежной безработицы и социальной неопределенности. Ранее эта проблема обсуждалась в работах К. Левина, Ш. Бюлер, Н. Израели, Л. Франк и других. В России это междисциплинарное направление складывалось с 1920-х годов благодаря работам таких авторов, как А.Н. Макаренко, М.Я. Басов, С.Л. Рубинштейн, Б.Г. Ананьев, А.А. Кроник, И.С. Кон, К. А. Абульханова-Славская, Н.Н. Толстых, Е.И. Головахо, Д.А. Леонтьев. Они исследовали разные аспекты развития личности, имеющие отношение к изучению жизненной траектории, например жизненный путь, смысл, самоопределение и профессиональная ориентация, жизненные цели и планы, временная перспектива и другие.

Ракурс субъектности, активности человека, его авторства по отношению к собственной жизни рассматривал С.Л. Рубинштейн, отталкиваясь от образа человека, «плывущего по течению», и фокусируясь на человеке, рассматривающем свою жизнь благодаря рефлексии. И. Ялом относит к центральным, требующим ответа от каждого человека вопросы о конечности жизни, об ответственности за свою жизнь, о возможности не быть одиноким и вопрос о смысле жизни, как те позиции, отвечая на которые человек строит свою жизненную траекторию [Ялом, 1980 /1999]. Д.А. Леонтьев и его ученики, когда рассматривают траектории развития подростков, классифицируют их через особенности отношения подростка к двум ключевым идеям — идеям свободы и ответственности [Леонтьев, Мандрикова, Фам, 2015].

Исследование сформированности у человека «экзистенциальной логики жизни» на основе использования русских пословиц показало, что подростки предпочитают холистическую, осмысленную и вероятностно-возможностную логику и отвергают индуцированно-императивную логику («жизнь заставила») [Сапогова, Чадаева, 2014], что указывает на наличие у подростков целостных представлений о жизни и своем месте в ней, о значимых смыслах в жизни, хотя в подростковом возрасте эти представления находятся только на этапе становления.

В нашем исследовании 2015–2017 годов мы фокусировались на подростковом возрасте с точки зрения того, насколько он значим для проектирования и реализации жизненного пути в целом [Бочавер, Хломов, Жилинская и др., 2018]. В частности, анализировали, с кем подростки обсуждают свое будущее, кто оказывает на них наибольшее влияние и выступает в роли референтного взрослого. Оказалось, что больше 70% молодых людей предпочитают советоваться с матерями. Таким образом, именно женщины 30–45 лет сейчас влияют на то, как будет выглядеть российское общество через 10–15 лет. После матерей в порядке уменьшения значимости следуют друзья и одноклассники, отцы, бабушки, братья и сестры, дедушки, учителя.

Примечательно, что только 23% подростков из примерно 700 опрошенных могли называть человека, жизнь которого они считают примером для подражания, и чаще всего это старший брат или друг. Это значит, что почти у 80% подростков в окружении нет людей, чей путь они хотели бы перенять и повторить. Косвенно это свидетельствует и об индексе счастья; многие респонденты недовольны образом жизни, который они и их близкие ведут, и видят в нем скорее недостатки, чем достоинства.

Внутренний выбор и внешние обстоятельства

Важным источником влияния на жизненную траекторию подростка служит любимое занятие, хобби. Анализ индивидуальных траекторий успешных спортсменов [Бочавер, Довжик, 2017] показал, что многие чемпионы и мастера спорта международного класса определились с занятием всей своей жизни в 9–10 лет, посещая кружки, будучи учениками начальной школы. Исключительные истории спортсменов, которые начинали всерьез заниматься спортом ближе к 17 годам, были связаны со спортивными успехами и выбором того занятия, которое больше всего нравится. В чем-то аналогичная история часто бывает и в других профессиях: например, чаще всего люди, которые становятся художниками, учатся рисовать задолго до 11 класса, до поступления в вуз. При этом выбор многих профессий — это не просто выбор работы, а выбор особенного образа жизни.

Существенную роль в выборе специфических жизненных траекторий играет нонконформизм. Успешные спортсмены, когда-то приехавшие учиться в столицу из других регионов, вспоминают, что у них была альтернатива спортивной траектории — остаться в районном центре и стать продавцами, менеджерами, охранниками, отслужить в армии, а если не удастся задержаться в райцентре, то вернуться обратно в село и пойти, например, в шахтеры. Значимым фактором стал нонконформизм, так как подобные траектории — возможные, легкодоступные и поддержанные выбором одноклассников — не рассматривались будущими чемпионами как подходящие. Таким образом, выбор состоит в том, согласиться ли с траекториями, принятыми в ближайшем окружении, или прокладывать собственный путь.

В России институты социализации подростков особо выделяют две группы подростков: одаренных (успешно участвующих в олимпиадах) и правонарушителей, что было замечено С.А. Чернышевым. Скорее всего, причины такого внимания экономические: одаренные подростки, получая поддержку развития, увеличивают человеческий капитал страны, а трудные подростки требуют особых программ, корректирующих их антисоциальную направленность, чтобы минимизировать ущерб [Чернышев, 2011].

Интересную проблему представляет выбор подростком девиантных траекторий. В одном из описанных уже взрослым человеком кейсе подросток совершил правонарушение, перед ним стояла дилемма: отправиться в колонию или на военную службу в Афганистане. С одной стороны, он мог стать вором в законе, крупным криминальным авторитетом — попасть в социальное пространство со своей иерархией, престижем и значением, и, вполне возможно, он был бы успешен в той системе и замечен обществом (о смерти крупных криминальных авторитетов СМИ сообщают с не меньшим энтузиазмом, чем об известных журналистах и актерах). Тем не менее этот подросток выбрал военную карьеру и стал разведчиком воздушно-десантных войск, получил звание героя Советского Союза. Правонарушения и сделанные выборы в подростковом возрасте в этом случае значительно повлияли на дальнейшую жизненную траекторию.

Решения родителей и личный выбор ребенка

Часто профессиональный или образовательный жизненный выбор за подростка делают родители. В каждой пятой семье присутствует императив «будь как мы», например: «Я был юристом, и ты должен быть юристом». Характерно, что в разговорах с ребенком о будущем родители используют слово «должен» в 4 раза чаще, чем слово «хочешь». Например: «Ты очень хорошо рисуешь, ты должен стать модельером или художником», «Ты должен подумать о своем будущем». Подросток воспринимает разговор о будущем или как давление, или как инструкцию [Бочавер, Хломов, Жилинская. 2017].

На психологическое благополучие подростков влияют такие характеристики воспринимаемых детско-родительских отношений, как доброжелательность и последовательность в отношениях, и при этом нельзя сказать, что психоэмоциональное неблагополучие подростка связано с экономическим благополучием семьи [Подольский, Идобаева, 2011].

Образовательные ресурсы семьи (уровень образования родителей и количество книг дома) влияют на решение подростка получать среднее общее или среднее специальное образование не напрямую, а через личную образовательную эффективность, то есть академическую успеваемость и успехи во внешкольной деятельности [Попов и др., 2013].

Воспитанники детских домов имеют более низкий уровень притязаний к уровню образования, чем дети из патронатных семей, которые относятся к образованию как основе будущего успеха, что связывают с установками специалистов, работающих над профориентацией детей, и с позицией патронатных родителей [Корнеева, Стрельникова, 2009].

Несмотря на то что в подростковом возрасте обычно не происходит значительной внешне наблюдаемой смены социальных ролей, можно обратить внимание на то, как подросток относится к учебе: участвует ли в выборе образовательного учреждения, завершает ли обучение в школе и учреждениях дополнительного образования, происходит ли изменение роли подростка в семье (берет ли он на себя новые обязанности или отказывается от участия в жизни семьи), принимает ли участие в общественной жизни, предпринимает ли усилия для того, чтобы попасть в образовательные лагеря или поучаствовать в событиях, организуемых интересными ему сообществами, ищет и находит ли способы подработки. Все это будет характеризовать социальный уровень выстраивания жизненной траектории подростка.

Если решение за ребенка принимают родители, то приблизительно в половине случаев они «угадывают»: ребенок смиряется и приспосабливается к выбранной ему специальности. В остальных случаях ребенок встречается с негативными последствиями, разрешение которых будет зависеть от настойчивости (или уступчивости) родителей. Студенты, которым не подошла специальность, выбранная родителями, часто теряют мотивацию к учебе и тяжело адаптируются в студенческой группе. Им трудно найти общий язык с сокурсниками, они больше раздражаются из-за содержания занятий.

Сочувствие в этом случае вызывают и дети, и родители. Родители хотят убить трех зайцев: выразить любовь к своему ребенку, дать ему хорошее образование, удачно инвестировать деньги. Но когда что-то идет не по плану, проваливаются все три цели. Если у ребенка нет желания учиться, он не получит хорошего образования, не оценит родительское проявление любви, а деньги за обучение будут выброшены на ветер.

Исследование А.В. Жилинской (2017) на примере одной элитной школы с жестким отбором при поступлении показало, что большинство учащихся были изначально высокомотивированы и сделали выбор сами. В 9 кейсах из 23 поступление в школу было личным решением подростка, а еще в 9 — совместным решением родителей и подростка. То есть успешным подросткам свойствен высокий уровень самостоятельности принятия решения.

Надо отметить, что Т.В. Абанкина, А.Н. Красилова, Г.А. Ястребов, изучая сельских старшеклассников, обнаружили у них отчетливое намерение переехать в город с планами получения высшего образования и последующего трудоустройства в городе. Менее склонны к переезду в город те подростки, родители которых имеют свое дело, которое могло бы быть продолжено ими на селе, — есть отчетливая траектория, не требующая переезда [Абанкина и др., 2012].

Это согласуется с результатами сравнительного исследования копинг-стратегий — способов справляться со стрессовыми, трудными ситуациями — у детей из образовательных учреждений Москвы с разным рейтингом [Бочавер, Хломов, Корнеев, 2018]. Учащиеся школ с высоким рейтингом демонстрируют более высокие показатели по таким стратегиям, как самоконтроль, принятие ответственности, планирование, позитивное переформулирование. По данным А.М. Прихожан, воспитанники детских домов по сравнению со школьниками, живущими в семьях, реже выбирают стратегию поиска социальной поддержки и манипулятивную стратегию, для них характерен более узкий репертуар копинг-стратегий [Прихожан, 2012].

Планирование своего будущего

Представления подростков о будущем обычно лишены индивидуальности и конкретики. Почти все они описывают как желаемое будущее счастливую семью, любимого и любящего партнера, профессиональный успех. Мы предполагаем, что дети используют такие абстрактные образы, поскольку усваивают представление о семье бессознательно, наблюдая за жизнью собственных родителей и прародителей, родителей друзей, но не очень рефлексируя. По всей видимости, в немногих семьях принято специально разговаривать с детьми о том, как они представляют себе свое будущее и как его достичь, в деталях.

Лишь небольшой процент подростков (по разным оценкам, от 27% в старшем школьном возрасте до 5% по всему подростковому периоду) четко представляют свою дальнейшую жизненную траекторию и ставят долгосрочные конкретные цели, имеют ясную перспективу и сформированную позицию по отношению к своему будущему (например, знают, в какой вуз хотят поступить, понимают, чем обусловлен такой выбор, могут рассказать конкретные шаги, как к этому готовиться, и предполагают, что будет после вуза). Дети из детских домов имеют еще более размытые и неопределенные представления о своем будущем и более низкий уровень самостоятельности, чем приемные. Это подчеркивает роль семьи в формировании у детей таких понятий, как жизненный замысел, выбор и стратегия. Рассказывая о будущем, подростки чаще всего думают о профессии, но обычно очень слабо осведомлены о прогнозах востребованности профессий на ближайшие 15–20 лет и о том, что происходит в мире в контексте изменения профессиональной сферы жизни человека [Семья, 2014; Арапова, 2015; Леутина, 2013].

Когда человек строит свою стратегию жизни, имея целостный замысел, отвечая на вопросы о том, что для него важно, к чему он стремится, за что он готов нести ответственность, какие средства достижения он считает возможным использовать, он является субъектом своей жизненной траектории. Для совершения выбора необходимо рассматривать ситуацию в контексте всей жизни, формулировать альтернативы, обдумывать достижения и потери, к которым может привести каждый выбор, оценивать совершенные поступки и планировать будущие [Абульханова-Славская, 1991].

Чаще всего подростки задумываются о своем будущем и начинают строить планы, общаясь с взрослыми или сверстниками. Важной задачей, связанной с выстраиванием жизненной траектории, является формирование целей и временной перспективы [Mountaring, 2006; Жилинская, 2015]. Установлено, что восприятие подростками несовместимости приема наркотиков и достижения своих личных целей связано с меньшим употреблением марихуаны и сигарет [Massey, Slater et al., 2009]. Когда подросток выстраивает свою жизненную траекторию, важно обсуждать с ним варианты возможного будущего.

Современные подростки расширяют свои представления о жизненных траекториях с помощью интернета. Им доступна информация об альтернативных вариантах действий, не принятых в их среде, и некоторых возможностях (например, образование или заработок онлайн).

Важно способствовать формированию осознанного отношения к жизни в целом, учить подростков осознанно совершать выбор, понимать особенности ситуации и видеть альтернативные варианты ее развития, помогать им формулировать цели, замечать возможности и конструировать новые. Обсуждение планов с родителями и сверстниками в целом способствует формированию у подростков осознанного и реалистичного образа будущего. Важно, чтобы они могли иметь пространство, в котором возможно — нестрашно, безопасно, полезно — обсуждать варианты своего будущего и способы его создания.

Выбор жизненной траектории / Психолог Кирилл Хломов о том, как подростки выбирают свое будущее. 12.09.2018

URL: https://postnauka.ru/faq/88924 (дата обращения: 09.09.2019)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *